Вероятно ощущая влияние Радищева и Карамзина, «неопытная писательница» делится своими впечатлениями о путешествии (но не из Петербурга в Москву, а из Москвы в Петербург). Некоторые сомнения до сих пор вызывает жанр этого текста: события и впечатления в нём — вымышленные или автобиографические? Как бы то ни было, этот дневник называют первым на русском языке рассказом о путешествии, который ведётся от лица девочки. Начатые по настоянию отца ежедневные записи сначала даются рассказчице с большим трудом. Однако со временем она начинает получать от них удовольствие, снабжая описания событий дня фактами об очередном городе и его жителях, а также личными размышлениями о природе, бедности, культуре и России. — А. Ф.

Буташевская — псевдоним Софьи Буткевич. «Дневник девочки» остался единственной её книгой: писательница создала её под впечатлением от общения в Париже с Иваном Тургеневым, который книгу похвалил и способствовал её изданию. Эта книга — любопытный эксперимент: в свой дневник девочка Верочка записывает в первую очередь сведения о разных явлениях природы и предметах, причём, проявляя и фантазию, и умение усваивать новые сведения, составляет рассказы от лица этих вещей (тот же приём будут использовать впоследствии авторы научно-популярных повестей для детей, например Василий Авенариус). Критика, в отличие от Тургенева, не осталась к опыту Буташевской благосклонна: «Дневник девочки» обвиняли как раз в запутывании детского воображения, излишней аллегоричности и поучительности. Как бы то ни было, похожего произведения в детской литературе того времени не было. — Л. О.

Вера Желиховская родилась в литературной семье: её матерью была известная писательница Елена Ган (умершая, к несчастью, совсем молодой), а старшей сестрой — будущая основательница теософии Елена Блаватская. Обе они — героини воспоминаний Желиховской: изначально та писала их для своих детей и, может быть, так и не опубликовала бы написанное, если бы не болезнь мужа и нехватка денег. «Я думаю, что читать правду, — как и рассказывать её, занимательнее, чем слушать вымысел». Писательница рассказывает о своём счастливом детстве, начиная с самых ранних воспоминаний, концентрируясь не на собственных чувствах, а на образах дорогих людей, вспоминает шалости, праздники и маленькие детские преступления вроде кражи рыболовного крючка из лавки, приводит сочинённые бабушкой и няней сказки. Эти воспоминания, интересные в первую очередь многочисленными подробностями дворянского быта, наполнены живой радостью и неспроста обрываются на радостном моменте улучшения здоровья долго и тяжело болевшей матери. Последовавшая вскоре за этим смерть остаётся за пределами книги, ведь вместе с этой трагедией заканчивается и детская безмятежность. — А. Ф.

После смерти родителей все заботы о семье ложатся на старшую дочь Ксению. Пытаясь обеспечить достойное будущее брату и сестре и спокойную старость незрячей бабушке, Ксения упорно трудится, отказывая себе даже в самом необходимом. Девушка много размышляет: например, о том, почему так сильно стыдится бедности, или о том, почему благодетелям их семейства — людям богатым и незлым — никак не удаётся сделать для их семьи что-то по-настоящему хорошее. А кроме того, мучается из-за тоски по музыке, к которой у неё большие способности. Желиховская, отлично понимавшая, что значит безуспешно пытаться свести концы с концами и как бытовые тревоги и заботы могут повлиять на творчество талантливой женщины, восхищается своей героиней, несущей тяжёлую ношу, оказавшуюся непосильной для иных героев романа, с большим достоинством. В то же время в этой повести нет ни дешёвого драматизма, ни наигранной сентиментальности. В конце, конечно, всё будет хорошо, но счастливую развязку придётся заслужить — трудом и стоической верой в лучшее. — А. Ф.

«Записки куклы» — довольно простой и с точки зрения сюжета, и с точки зрения языка текст с очевидным назидательным посылом. Кукла Милочка описывает свои приключения, злоключения и характеры разных девочек — своих хозяек и их подружек, заботливых, восторженных, равнодушных и злых. Хорошие девочки щедры и заботятся о людях (и куклах). Плохие — жестоки и причиняют людям (и куклам) боль. Главный приём — наделение Милочки человеческими чувствами — позволяет Андреевской создать идеального маленького шпиона, наблюдающего за ребёнком днём и ночью. И всё же кукла остаётся куклой — неподвижной, пассивной. «...Я не могла произнести ни звука и продолжала молча улыбаться в то время, когда меня душили слёзы... когда мне хотелось говорить, кричать, плакать!» — сокрушается Милочка, видя, как дети обижают дорогую ей девочку. Кукла не ведёт тайной и скрытой ото всех жизни: когда её забывают на полке, она просто лежит, глядя в потолок. И только когда хозяйка просит её сделать в тетрадке записи о событиях кукольной жизни, Милочка приближается к тому, чтобы из объекта стать субъектом. Сложно сказать, думала ли сама Андреевская о таких параллелях, но современного читателя этот текст вполне может навести на размышление о жизни девочек-куколок и женщин-писательниц конца XIX века. — А. Ф.

Повесть о детстве Нины Джавахи — лучшей подруги главной героини «Записок институтки». В первой части Чарская рассказывает о жизни маленькой княжны в розовом благоухающем Гори, семейных неурядицах, трагедиях и праздниках, столкновениях девочки с душманами и местных легендах. Вторая часть посвящена началу институтской жизни Нины, в которой стычек и приключений тоже оказывается немало. Чарская с одинаковым надрывом рассказывает о мстительном горном разбойнике, решившем убить девочку, и о принесённой детьми в класс вороне, которая вызвала учительский гнев. Впрочем, чувствительность и порывистость Нины объясняет и сглаживает эту несообразность. К тому же именно благодаря этой эмоциональной подаче повествование о домашней жизни и мечтах маленькой девочки читается легко, как приключенческий роман. Сложнее примириться с экзотизацией характеров людей, о которых Чарская пишет в первой части своего текста. «Дикие» и «полудикие» персонажи появляются чуть ли не в каждой главе, «горячая южная кровь» бурлит, чёрные глаза героинь наполняются «восточной грустью». Впоследствии в повесть цикла «Джаваховское гнездо» вошло ещё пять текстов, рассказывающих о семье и друзьях грузинской княжны. — А. Ф.

Назидательная повесть о девочке, жаждущей всеобщего обожания и похвал, убеждённой, что она — принцесса. Выросшая без матери в окружении не в меру добрых тётушек, героиня воспринимает критику как смертельную обиду и отталкивает от себя тех, кто пытается воспитать и наставить её. «Странной и необычной» называет её судьбу мачеха, тётки считают её «необыкновенным ребёнком». Да и сама Лидия задаётся вопросом: что же отличает её от других? Почему она не может усмирить гордыню, преодолеть жалость к себе и научиться больше сочувствовать другим? Почему подвергает свою жизнь опасности, назло родне пускаясь в опасные и бессмысленные приключения? Для Чарской по-настоящему сложный характер её героини становится главным объектом интереса. Важно, что повесть изобилует яркими женскими образами — часто довольно неоднозначными, несмотря на прозрачность авторской задумки, а также обмороки, горестные рыдания и драматичные объяснения, без которых прозу Чарской сложно себе представить. — А. Ф.